Треугольник почты полевой

Всё дальше в историю уходят годы Великой Победы, и всё меньше остается тех, кто шел к ней от начала войны и до её конца. Всего несколько месяцев не дожила до своего сотого дня рождения Анастасия Васильевна Эйногас. Такую жизнь Господь отпускает не каждому...

...В далеком 1939 году в Жанасемейский отдел ЗАГСа была направлена инструктором молоденькая девушка Настя. Но прежде, чем приступить к работе, она прошла очень серьёзную проверку, потому что ЗАГСы тогда входили в ведение НКВД.

Дел  в этом учреждении было в прямом смысле этого слова непочатый край: люди в глубинке ещё не привыкли к тому, что рождение, брак, смерть нужно обязательно регистрировать. Анастасия ходила по дворам, выезжала в отдаленные аулы, использовала любую возможность, чтобы разъяснить людям необходимость соответствующих документов. Отметив старательность и ответственность молодого сотрудника, уже в 1941 году руководство временно перевело девушку начальником паспортного стола, а затем в особый отдел по работе с документами.

Чего ждала от жизни и о чем мечтала Настя в свои неповторимые 20 лет? Конечно же, о солнечных, счастливых днях, наполненных молодыми кипучими делами. Вот и в этот солнечный воскресный летний день она отправилась на отдых в бор. На душе была такая радость, какая бывает только в молодости, от предвкушения прекрасного будущего, любви, счастья. Многие горожане выехали в этот день в бор семьями, коллективами, и он звенел от песен, смеха, игр в футбол, волейбол, лапту, общего счастья.

И вдруг, как с неба, упала черная весть и разом закрыла солнце. Война. Казалось, один общий стон горя разнесся над только что мирным, веселым, зеленым бором... Но паники и стенаний не было. Все быстро рассаживались по машинам и ехали к месту работы.

Поехала на работу и Анастасия, а вечером получила приказ отправляться в Москву. Как бы она обрадовалась этому раньше! Сейчас же впереди была полная неизвестность. Из Москвы её отправили дальше - в Орел. Только там и поняла по-настоящему, что такое война и что такое фронт: всё сгоревшее, разгромленное.

Анастасия получила назначение в полевую почту Белорусского фронта. Поначалу отделение состояло из трех девушек и капитана. Выполнив работу по проверке корреспонденции в заданном месте, отделение погружалось на машину и отправлялось дальше. Ехали обычно ночью, зачастую под гул и вой бомбежек. Днем стояли где-нибудь в лесу, и сюда привозили для проверки документы, почту.

Из воспоминаний Анастасии Васильевны:

«У меня был штамп, думала, его номер никогда не забуду, но вот уже и забыла. За этот штамп я действительно отвечала головой. Если я поставила его на конверте, значит ничего недозволенного там не написано. А если пропущу - отвечу по законам военного времени. Писали же в письмах разное, и шифр использовали, непонятный несведущему человеку. Вроде бы безобидное письмо солдат пишет: видел Костю, недавно встретил Ивана, передай привет Егору, Василию. На самом же деле это указание направления наступления из заглавных букв: Киев. Нашей же основной задачей было не допустить разглашения военных секретов. Вглядываться нужно было в каждую букву, в каждую цифру: сопоставлять, догадываться. А у нас глаза закрываются от усталости, от бессонных ночей. Командир увидит, скажет: «Ну, идите, девчонки, поспите часок».

Летом: где сидим, там и засыпаем. Кормила нас кухня полевой почты, давали на двух человек жестяную литровую банку тушенки, но не всегда. Мы постоянно хотели есть, и когда удавалось раздобыть что-нибудь после длительного голодания, у нас был настоящий праздник. Уже при наступлении чехи дали нам однажды два ведра вермишелевого супа, хлеба - и это никогда не забудется. А в Конотопе мы пошли менять на продукты свои оставшиеся вещи. У меня оставалась кофточка-безрукавка, её удалось выменять на хлеб. Пока мы меняли, наша машина ушла. Целый месяц догоняли своё отделение, шли пешком на Стародуб. Нынешнему поколению даже трудно это представить, а мы знали одно: это нужно для победы. В неё мы верили безоговорочно, потому и выстояли.

Фронт уже готовился форсировать Днепр. Рядом с нами находился штрафной батальон, его солдаты протягивали канат через реку, укрепляли доски. Наш капитан сказал: «Девчата, кто смелый, идите в штрафной батальон, с ними переправляйтесь». За штрафбатом была не очень хорошая слава, поэтому действительно нужна была определенная смелость присоединиться к нему молоденьким девчонкам. Набралось нас пятеро девушек, и 7 ноября 1944 года мы перешли Днепр.

Нам нужно было найти штаб в Киеве. Первое, что увидели на том берегу, - Киево-Печерская Лавра. Дошли до площади Богдана Хмельницкого. В это время началась страшная бомбежка. Я спряталась прямо под памятник, под самую лошадь забралась, голову зажала, трясусь от страха. Сколько уже пережили этих бомбежек, а откуда знаешь наперед, где тебя смерть поджидает. Бомбежка закончилась, Богдан Хмельницкий меня спас. Собрались мы опять вместе, пошли искать штаб. Тут нас остановил патруль, начал выяснять, кто мы и откуда, но даже в этой ситуации мы не должны были ничего говорить. Патруль проводил нас в штаб, где нас уже ждали. Отвели на квартиру, где мы впервые за всю войну спали на кроватях. Конечно, накормили - после перенесенных страхов всегда очень хотелось есть. В Киеве работали на Крещатике, потом нас отправили в Подол, где мы и встретили Победу. Ликование было неописуемое. Мы, повзрослевшие на глазах друг у друга девчата, подхватили своего капитана, подкинули его, а удержать не смогли, он упал у нас на землю, и мы впервые позволили себе неуставные отношения - расцеловали его!»

В сентябре 1945 года приехала Анастасия в отпуск в Лениногорск. Да такая красивая, нарядная - новая шинель с иголочки, белый беретик -  редкий парень не оглядывался вслед. Поэтому не удивительно, что в этот же день встретила свою любовь, а уже на следующий день Саша Эйногас сказал: «Пойдем в ЗАГС, распишемся, чтобы я знал, что ты только моя». Так и расписались, и прожили счастливо 27 лет, вырастили двух дочерей, а вот внуков муж не дождался, рано умер.

До самого выхода на пенсию Анастасия Васильевна работала в ПАТП (пассажирское автотранспортное предприятие). И всегда её отличали веселый задор, энергия, готовность в любую минуту прийти на помощь ближнему. Возле неё невозможно было заскучать: сколько она знала частушек, анекдотов! Она не раз говорила: «Я везде побывала, вот только в космосе ещё не была. Вот слетаю в космос, тогда и умирать можно!» Не довелось, но если бы кто-нибудь задался такой целью - проверить самочувствие человека в космосе в возрасте за 80, она бы с успехом выдержала это испытание.

anastasia eynogas

Главным стержнем в её характере было доброе, теплое отношение к людям. Не случайно на 90-летний юбилей зять преподнес ей чудесный букет из девяноста роз!

Очень часто можно было её видеть на прогулке, обязательно с кем-нибудь беседующей, и всегда она была окружена добрыми людьми, которые сохраняют о ней самые светлые, теплые воспоминания.

Не зря говорят, что глаза - это зеркало души человека. Если внимательно вглядеться в глаза пожилого человека, то жизнь его может предстать, как на ладони: этот всего себя отдает людям, а этот всю жизнь кем-то недоволен, все ему чем-то обязаны. Естественно, и память по себе они оставят разную.

Вечная добрая память тем, кто честно прошел дорогами войны, не щадя себя защищал наше будущее. В каждом рассвете, который мы с вами встречаем, есть частичка их жизни. В том числе и Анастасии Васильевны Эйногас.

Брикман В.П., председатель ОО «Центр русской культуры» г. Риддера, Восточно-Казахстанская область, 2020 г.

Материал опубликован в рамках общественного проекта "Победу помним поименно" в честь 75-летия Победы советского народа в Великой Отечественной войне. Проект реализуется Экспертным клубом "Урал-Евразия" совместно с ИАЦ "Институт Евразийской политики".

Просмотров: 948